|
Ислам и общество
В начале ХХ-го столетия Рокфеллеровский фонд отправил Рут Вудсмол
в 18-ти месячную командировку по мусульманскому миру. Она должна
была исследовать, как изменилось положение мусульманской женщины
под влиянием колониальных властей. Её объемистый отчет был опубликован
в 1936 году Американским университетом Бейрута. Рут путешествовала
по Турции, Сирии, Египту, Палестине, Иордании, Ираку, Ирану и Индии.
Везде, где ей довелось побывать, Рут Вудсмол очень тщательно изучала
предмет своей заинтересованности, обращая внимание на любые признаки
вестернизации, которые она характеризовала как положительные и прогрессивные.
«Без сомнения, барометром социальных изменений в мусульманском мире
является хиджаб», – писала она. Поэтому Вудсмол очень подробно изучала
все, что касалось хиджаба: его размеры, материал, из которого он
изготавливается, внешние характеристики и способы ношения. При этом
она одобрительно отзывалась о боровшихся за искоренение «зла хиджаба».
Мустафа Кемаль-паша Ататюрк, автократический правитель Турции,
запретил ношение хиджаба наряду с другими исламскими предписаниями;
соответственно, он получил весьма положительную оценку со стороны
Вудсмол и был назван героем. И, конечно, все, что он делал в этом
направлении, считалось логичным и справедливым: «Когда турецким
женщинам было даровано право голоса, то женщины, носящие хиджаб,
не имели возможности принимать участие в избирательном процессе.
Эта мера регулирования явилась приемлемой и полностью логичной».
В Иране марионеточный монарх, Шах Риза Пехлеви, провозгласил 8 января
1936 года «днем эмансипации», навязывая женщинам «преимущества западного
образа жизни». Наряду с запретом на хиджаб в школах и других учреждениях,
принимались меры косвенного стимулирования женщин отказываться от
хиджаба. Так, непокрытая женщина могла получать лечение в общественных
больницах Ирана и пользоваться общественным транспортом. Интересно,
что же заставило Вудсмол считать это грубое попрание основных человеческих
прав проявлением религиозной толерантности? «Две указанные меры
урегулирования будут причиной некоторых трудностей для консервативных
мусульманских женщин на протяжении какого-то времени. Но так же
несомненно то, что их консерватизм в конечном счёте будет преодолён».
Король Амануллах, вместе со своей не носящей хиджаба королевой
Суриййей, также попал в число прогрессивных деятелей, ибо вводил
«такие же эффективные изменения» в Афганистане, но его «трагическое»
свержение положило конец улучшению женской участи в Афганистане
и замедлило этот процесс в Иране.
Книга полна снисходительных замечаний, что выдает империалистическое
мировоззрение автора. А в одной из вступительных статей к этой книге
написано следующее: «Одна из молодежных мусульманских активисток
в Бейруте, отказавшись от ношения хиджаба после брака в Иерусалиме,
получила некоторое общественное признание своего поступка». В ином
месте сообщается другая хорошая новость: «Мадам Шарави Паша, глава
движения феминисток, вместе со своей племянницей, Д. Небарави, издающей
журнал “L’Egyptienne”, первыми в Египте сняли хиджабы в 1923 году,
повышая тем самым престиж всего движения».
Колониальные власти использовали все свои ресурсы в крестовом
походе против хиджаба: от осмеяния до ожесточенной пропаганды и
принудительного запрета. Хиджаб назывался пережитком мрачных времен,
символом угнетения, тормозом экономического прогресса и ущемлением
прав женщины. Эта кампания продолжается и в постколониальный период,
с использованием мощной машины пропаганды, а также множества структур,
порожденных таким суррогатом колониальной власти, каковым является
ООН.
Отмечаются и агрессивные выпады европейских должностных лиц в
мусульманских странах. Так, стало известно, что в октябре 2000 года
некий француз открыл школу в Александрии (Египет), ученицам которой
запрещалось ношение хиджаба. Когда же начался судебный процесс против
администрации школы, то посольство Франции пыталось спасти виновников
с помощью дипломатической неприкосновенности. В январе 2003 года
в “Prep and Grammar School” (Джидда), управляемой посольствами Великобритании
и Дании, был введен запрет на хиджаб. А девушки, носившие платок,
каждое утро обязаны были снимать его и только после этого могли
посещать занятия. Это получило огласку лишь после того, как одна
египетская девушка, Луджайн, отказалась снять хиджаб, и ее не допустили
к занятиям. Во время разговора с корреспондентом «Arab news» секретарша
школы сказала, что школьная политика полностью запрещает ношение
головных платков. Она добавила: «Любая девушка, носящая хиджаб,
не будет допущена в школу». В конце концов, мощный общественный
резонанс и давление со стороны министерства образования Саудовской
Аравии вынудили школу изменить политику в этом отношении.
Сейчас положение изменяется: мусульманские женщины возвращаются
к исламу и к хиджабу все больше и больше; как в мусульманских странах,
так и на Западе. Столетие назад казалось, что хиджаб исчезнет даже
в мусульманском мире; сегодня же его все чаще и чаще можно увидеть
на улицах Лондона, Брюсселя и Нью-Йорка. Более того, несмотря на
интенсивную пропаганду того, что ислам угнетает женщину, западные
женщины принимают ислам чаще, чем западные мужчины. Они убеждаются
на собственном опыте в том, что ислам и хиджаб как его неотъемлемая
часть являются истинной свободой для всего человечества, дающими
уверенность уму, спокойствие сердцу и достоинство жизни.
Запрещение хиджаба является запрещением скромности и благопристойности.
Нет сомнения в том, что стоящие за этим явлением во Франции унаследовали
пыл крестоносцев. Однако, крестоносцы не смотря на все свои кровавые
зверства, потерпели поражение. Не ожидает ли подобная участь и их
новоявленных наследников?
Халид Бейг
Перевод с английского:
Абдулкадыр Нурмухамедов
 |
|
| | |
| | |
|
|
|
