Мусульмане в секуляризованном мире

Религиоведы и ориенталисты придерживаются теории, что все мировые религии и верования проходят одинаковые периоды: становления, «золотого века», ренессанса, реформации и, наконец, заката. Ислам, по мнению западных историков, сегодня находится в предпоследней фазе, т.е. «реформ» и «улучшения». Однако за этими красивыми словами скрывается опасная тенденция отчуждения светской жизни от религиозных основ, что в конечном итоге ведет к безверию и атеизму. К сожалению, вот уже более двух столетий против ислама борются не только западные идеологи, но и представители мусульманского сообщества — идеологи секуляризации.

«Аль-альманийа» — секуляризация — это процесс постепенного отчуждения религии от земной жизни. Ее сторонники выступают за то, чтобы руководство «мирскими» делами, т.е. политикой, экономикой, нравами, образованием, законами и прочим, не подчинялось религиозным установкам и запретам. Они пытаются провести четкую разделительную черту между религиозностью, которую они часто преподносят как некую теоретическую духовность, и практической жизнедеятельностью.

Секуляризация уходит корнями в европейскую историю христианства. Впервые этот термин использовали в значении «обращение церковной собственности (преимущественно земельной) в мирскую» на переговорах накануне подписания Вестфальского мира 1648 г. С конца XIX века секуляризация начала обозначать всякую форму эмансипации (освобождения) от религии и церковных институтов.

Как отмечает большинство ученых, такое разделение родилось из самого христианства, которое изначально признало разделение жизни на ту ее часть, которая принадлежит Богу, и ту, которая принадлежит Цезарю. Кроме того, в христианстве сформировался особый класс священников, так называемых «посредников между людьми и Богом», которые, выдавая свои слова за божественное откровение, использовали свой авторитет для эксплуатации простых граждан и лишали их основных свобод. Иными словами, христианская теократическая система оказалась главным препятствием для прогресса, развития и, следовательно, для демократии, что в дальнейшем и привело к отделению церкви от государства.

По мнению исламского ученого Аззама Тамими, секуляризация в мусульманском мире возникла в совершенно иных условиях. Вплоть до начала XIX века, а точнее, до самого вторжения Наполеона в Египет в 1798 г., арабский регион все еще в значительной мере оставался исламским с точки зрения норм, законов, ценностей и традиций. В период колониализма, начало которому положил этот французский поход, арабский регион пережил постепенные интеллектуальные, социальные и политические перемены под влиянием стиля мышления и поведения, принесенного в этот регион западными завоевателями.

Именно в XIX веке секуляризация стала темой дискуссий в интеллигентской среде арабского мира. С того времени и доныне новую культурную модель здесь или тихо внедряют энтузиасты и поклонники Запада, или насаждают колониальные власти. Хотя европейские колонизаторы — французские и британские — внедрились в мусульманский мир с имперскими амбициями, однако они — как носители научного и культурного прогресса — вызывали восхищение у местной элиты, состоящей в основном из интеллигенции, получившей образование на Западе.

Как отмечает Аззам Тамими, вначале дискуссия в арабском мире касалась в основном отношений между религией и государством, а также путей повторения европейского успеха в науке, технологиях и управлении. «Секуляризм» переводили на арабский язык или как «ильманийях», т.е. неоологизм, образованный от слова «ильм» (наука или знания), или как «аламанийях», образованное от «алам» (мир или вселенная). Полагали, что мусульмане напрочь отвергнут использование любого другого перевода, к примеру, «ля-динийях» или «дахрийях», подразумевавшего исключение религии или удаление ее на задний план. Поэтому здесь необходимо было использовать термин, подразумевающий знание и успех, которые ислам не только поощряет, но и требует.

И уловка сработала: закат исламской цивилизации побудил многих представителей арабской интеллигенции, в том числе тех, кто уже подпал под влияние европейской культуры и восторгался достижениями Европы, призвать к радикальной реформе.

Первую элиту секуляристов в основном представляли арабы-христиане, получившие образование в сирийском протестантском колледже и затем поселившиеся в Египте. В числе ее значительных фигур были Шибли Шумаййиль (1850-1917), Фарах Антун (1874-1922), Георгие Зайдан (1861-1914), Якуб Суруф (1852-1917), Салама Муса (1887-1958) и Никола Хаддад (1878-1954). Писатели и идеологи, принадлежавшие к этой группе, старались пропагандировать верховенство таких идей, как любовь к стране и соотечественникам, над всеми иными общественными связями, даже религиозными.

Восхваляя либеральную идеологию Франции и Британии, а также осуждая всевластие традиции над человеческим разумом, первопроходцы арабской секуляризации подчеркивали, что мерилом человеческого поведения должна быть логика. Чтобы состоялась модернизация, они требовали оставить только совместимые с ней традиции. Они главным образом стремились заложить основу (причем именно интеллектуальную) для светского государства, в котором мусульмане и христиане смогут совместно жить на принципе полного равенства. Они уже тогда пытались доказывать несостоятельность Шариата — который, по их словам, является «несущественной частью религии».

Следующим поколением идеологов светскости в арабском мире были в основном последователи Мухаммада Абдуха (1849-1905). Настоятельно требуя реформ, Абдух считал, что современная правовая система должна развиваться из Шариата, а не автономным образом, и выступал за равное участие, а не за разделение, тех, кто управлял, и тех, кто хранил закон. Он, помимо прочего, указывал на отсутствие конфликта между исламом, с одной стороны, и логикой или наукой, с другой. Потрясенный масштабами отсталости в арабском мире, он презирал тех, кто слепо следовал старому и сопротивлялся новому. Абдух считал, что связь ислама с современной эпохой является самой важной проблемой, стоящей перед мусульманскими сообществами. Пытаясь примирить исламские идеи с западными, он утверждал, что маслаха (интерес) в исламской идеологии соответствует манфаах (полезности) в западной идеологии. Точно таким же образом он приравнял шуру к демократии и иджму к согласию. Обращаясь к проблеме власти, Абдух отверг существование теократии в исламе и настаивал на том, что власть хакима (правителя), кади (судьи) или муфтия является гражданской. Он был сторонником парламентской системы, защищал плюрализм и отвергал заявления о том, что он подорвет единство уммы, доказывая, что европейские народы он не разделил, — «по той причине, что у них одна и та же цель. А отличается лишь только метод, который они используют для ее достижения».

Однако ученики Абдуха, такие как Касим Амин (1865-1908) и Ахмад Лутфи Ас-Саййид (1872-1963), идеологию секуляризации учителя довели до логического конца. Стремясь совместить светские идеи с исламом, они дошли до того, что трансформировали основной тезис Абдуха о подведении правовой базы под социальные перемены в фактическое разделение между этими двумя пространствами, т.е. религии и общества, где каждое существует по своим нормам. Религия, будь то исламская или другая, интересовала их лишь только как один из общественных факторов.

Официальная отмена халифата в 1924 г. вызвала дискуссию среди мыслителей того времени по поводу важности халифата и реакции мусульман на его отмену. Али Абдель Разик (1888-1966), выпускник университетов Оксфорда и Аль-Азхар, принял в ней участие, написав книгу, изданную в 1925 г., которая оказалась одной из самых противоречивых работ в современной исламской истории. Она называется «Аль-ислям уа усуль аль-хукм: филь хилафах уаль-хукумах филь-ислям» («Ислам и основы управления: о халифате и правительстве в исламе»). Абдель Разик утверждал, что в исламе якобы нет такого понятия, как политические принципы, т.е. повторял теорию, выдвинутую главным образом на основании мнений немусульманских авторов, пишущих об исламе. Он отрицал существование политического порядка в исламе и утверждал, что Пророк (мир ему и благословение от Аллаха) никогда его не устанавливал, и основание государства не входило в его миссию.

К сожалению, книга Разика стала основным оружием для активных кампаний, которые начинали «секуляристы» в последующие эпохи, выступая против правомерности исламского закона (Шариата). В ней впервые была выдвинута идея об отрицании традиционного толкования понятий и их замены новшествами, основанными главными образом на мнениях востоковедов и письменных трудов по исламу…

Тем не менее, несмотря на ожесточенные попытки «осовременить» ислам, религии Аллаха все еще продолжают строго придерживаться во многих арабских странах, а ее принципы и законы находят многочисленных приверженцев на Западе. Что же удерживает ислам от «размывания» или вытеснения исключительно в духовную, умозрительную сферу? Как считает тот же Аззам Тамими, арабские идеологи светскости основывались в своей логике секуляризации на неверных посылках. Во-первых, они изначально заблуждались, отождествляя ислам с христианством и другими верованиями и полагая, что в исламе есть духовенство, которое может тормозить прогресс и запрещает свободу мысли. Их посылки о конфликте ислама с логикой или наукой — это лишь заимствования из европейского мировоззрения. Во-вторых, предположив, что ислам и христианство одинаково относятся к свободе мысли и освобождению разума, они заключили, что если Европа избавилась от влияния религии как исходной фазы для прогресса, то арабам нужно ограничить влияние ислама. Более того, они не разграничивают между секуляризацией и модернизацией, и утверждают, что это единственное средство модернизации мусульманских обществ — это их «озападнивание».

Современные исламские идеологи считают, что секуляризация в арабском мире равносильна объявлению войны против ислама — религии, которая, как никакая другая, формирует мировоззрение своих приверженцев и ведет их по жизни, и чьи ценности и принципы нацелены на освобождение человечества, установление справедливости и равенства, на содействие науке и инновациям, на гарантию свободы мысли, самовыражения и поклонения. Поэтому, говорят они, светскость совершенно не нужна в мусульманском мире; мусульмане могут идти вперед и развиваться без необходимости воздвигать стену между своими религиозными ценностями и мирской жизнью. Многие из них уверены, что научно-технические основания современной западной цивилизации сводимы к категориям из области знания и практики, которые мусульмане могут изучить и использовать себе во благо, не отказываясь при этом от своего культурного лица.

Мухаммад Шакир Аш-Шариф считает, что «аль-альманийях» — это атеизм на практике. А секуляризация даже опасней, чем открытый атеизм, поскольку секулярист заявляет, что верит в Аллаха, но своими действиями призывает других отказываться от законов, предписанных тем же Всевышним Господом.

Турецкий ученый д-р Айдын Топалоглу в своей работе «Атеизм и его критика» писал: «Особенность ислама в том, что в нем — надежда нашего века. Ислам, который обращается ко всему человечеству, не является ни идеологическим, ни экономическим, ни политическим и ни философским мировоззрением, как думают атеисты… Ислам — это система общечеловеческих устоев, дающая нам принципы по любому аспекту и в любой сфере, и рекомендующая нам пути выхода… Ислам не настолько узок, чтобы любой теоретик мог полностью постичь его, и не настолько поверхностен, чтобы однобоко подходить к истории и укладу общества и всего человечества… Ислам не дал создать пропасть между обществом и индивидом, не принес одно в жертву другому».

Чтобы не стать жертвой подобных заблуждений (да хранит нас всех Аллах от этого), нам нужно всегда и во всем руководствоваться Благородным Кораном. В Книге Аллаха сказано: «Те, которые купили неверие за веру, не причинят никакого вреда Аллаху, и им уготованы мучительные страдания» (Коран, 3:177).

Ярослав КОЦЮБА
По материалам публикаций директора Института исламской политической мысли (Лондон) Азама Тамими

 

| Главная | Архив | Гид | О нас | e-mail |