Воспитание души
Три истории о любви
Любовь. Это слово произносится так часто, что люди либо делают
его смыслом своей жизни, либо вообще не признают это понятие. Мы
не будем рассуждать о том, что же такое настоящая любовь. Скажем
только, что истинное чувство, дарованное Творцом, не кричит о себе
с экранов телевизоров, не вопит со сцены: «Я люблю тебя!!!»… Настоящая,
искренняя любовь живет рядом с нами, порой незаметно для окружающих.
И лишь по сиянию чьих-то глаз, по спокойной радости на лицах мы
можем определить, что эти люди любят и любимы, и это чувство приносит
им покой и милость, как и заповедал человеку Всевышний. Мы предлагаем
вам три истории о бескорыстной и преданной любви.
Материнские руки
Однажды мама попросила меня сходить с ней за покупками, так как
ей нужно было купить что-то из одежды. Я был нетерпелив и не любил
походы по магазинам, всегда стараясь их избегать. Но не отказывать
же родной матери... Глубоко вздохнув, я согласился.
И мы отправились за покупками. Придя в торговый центр, к моему
ужасу, мы стали обходить магазин за магазином, и моя мать примеряла
то одно то другое, но не останавливала свой выбор ни на чем. Время
шло, и меня это начинало раздражать. Скрывая свой гнев, я ходил,
поддерживая маму, по, казалось бы, бесконечной линии этого торгового
зала.
В конце концов, внимание матери привлек симпатичный синий костюм,
состоящий из юбки, блузки и жакета. Я отвел ее в примерочную, и
через несколько минут она позвала меня — у горловины блузки сзади
была пара пуговиц, и мама, как ни старалась, не могла их застегнуть.
Со смущенным видом она обратилась ко мне за помощью, хотя ее скрученные
от артрита пальцы все еще пытались справиться с этой застежкой сами.
Эти пальцы, до боли знакомые и родные... Как только мой взгляд упал
на них, моя нетерпеливость и раздражение исчезли, и меня захлестнула
волна любви и сострадания. Я отвернулся, пытаясь спрятать слезы,
наполнившие глаза.... Затем, справившись с собой, я быстро застегнул
пуговицы. Мои пальцы предательски дрожали. «Что с тобой, сынок?»
— спросила мама. «Ничего, ничего, все в порядке», — ответил я, стараясь
не смотреть ей в глаза.
Расплатившись за покупку, мы поехали домой. Наш поход по магазинам
был завершен, но он крепко врезался в мою память на долгие-долгие
годы... А в тот день... Весь день перед моими глазами стояли мамины
руки, которые пытались одолеть ту застежку. Эти руки, самые дорогие
на свете... Руки, которые кормили меня, купали, одевали и обували
меня, заботились обо мне и всегда давали мне столько заботы, ласки
и тепла, столько материнской любви. Руки, которые молились за меня,
просили Аллаха за меня в дуа, поддерживая меня и благословляя. Разве
можно забыть особое прикосновение любящей материнской руки...
Вечером я не выдержал и пошел в мамину комнату, взял ее руки в свои,
и, к ее удивлению, стал их целовать. «Мамочка, — произнес я не своим
от волнения голосом. Мама, дорогая, любимая моя, у тебя самые прекрасные
на свете руки. И я только могу молиться и надеяться, что когда-нибудь
мои руки и сердце станут такими же красивыми, как твои. Спасибо
тебе, спасибо тебе за все». И тут мы оба расплакались, обнявшись.
«Она не знает, кто я, зато я знаю, кто она»
Это было обычное хлопотливое утро, когда, приблизительно в 8:30,
на прием пришел старик лет 80-ти. Ему нужно было снять швы с большого
пальца руки. Было видно, что он очень спешит, и он сказал слегка
дрожащим от волнения голосом, что у него важное дело в 9 часов утра.
Сочувственно покачав головой, я попросил его присесть, зная, что
все доктора заняты и им смогут заняться не ранее, чем через час.
Однако, видя, с какой печалью в глазах он то и дело посматривает
на часы, я почувствовал к нему сострадание и решил, что сам займусь
его раной — благо у меня не было в тот момент других пациентов.
Я обследовал его палец: ранка успела хорошо зажить. Тогда я посоветовался
с одним из врачей, получил необходимые инструменты для снятия швов
и медикаменты для обработки раны.
Пока я занимался его пальцем, мы разговорились. Я не удержался
и спросил его: «У вас, наверное, назначен прием у другого врача,
раз вы так спешите?» — «Нет, не совсем так. Мне надо успеть в больницу
покормить мою больную жену». Тогда я спросил, что с ней. И старик
ответил, что у нее, к сожалению, обнаружили болезнь Альцгеймера.
Пока мы разговаривали, я успел снять швы и закончил обработку
его раны. Взглянув на часы, я спросил, будет ли она волноваться,
если он немного опоздает. К моему полнейшему удивлению, мой собеседник
сказал, что она, увы, не узнает его последние пять лет. «Она даже
не знает, кем я ей прихожусь», — добавил он.
Изумленный, я воскликнул: «И вы все равно ходите туда каждое утро,
несмотря на то, что она даже не знает, кто вы?!» Он улыбнулся и,
по-отечески похлопав меня по руке, ответил: «Она не знает, кто я,
зато я знаю, кто она». Я с трудом удержал слезы. А когда он ушел,
я подумал: «Ведь это именно та любовь, о которой я мечтал всю свою
жизнь...» Несомненно, что она была счастливой женщиной, несмотря
на болезнь, если у нее был такой заботливый и любящий муж.
Истинная любовь — это не физическая страсть и не просто романтика.
Настоящая любовь — это способность принять все — все то, что было,
что есть и что будет.
Место для молитвы
Они договорились о свадьбе. Он приедет за ней через год, когда
построит дом, и они поженятся. «Дай Аллах, чтобы она дождалась меня»,
— думал он, уезжая. И всю дорогу он вспоминал ее смущенный взгляд
из-под платка, ее слова о вере в Аллаха, ее чуть дрожавшие руки,
когда она подавала кофе… «Господи, благослови нас на этот брак!»
— мысленно просил он.
Прошел год. Каждый день она подходила к воротам и, прячась за
ними, вглядывалась в людей, идущих от автобусной остановки. Его
не было… Так прошел месяц. «Что же делать?» — думала она. Он жил
весь этот год в ее сердце, и она знала, что его честность и вера
в Аллаха не позволят ему нарушить обещание.
Она решила ехать к нему сама. «Аллахумма, если Ты знаешь, что это
решение — благо для меня в вере моей, в жизни моей нынешней и людей,
грядущей, то предопредели его мне и облегчи его для меня, и ниспошли
мне в нем благословение. А если Ты знаешь, что это — зло для веры
моей и жизни моей нынешней и будущей, то отврати его от меня и меня
от него…» Она закончила молитву и стала прислушиваться к своему
сердцу: что оно скажет?
В сердце была уверенность: она должна поехать к нему и все выяснить.
Если он раздумал, то они разорвут договоренность и она будет свободна.
А если с ним что-то случилось… От этой мысли ей становилось не по
себе.
Был полдень, когда она вышла из автобуса. Незнакомое село, люди
— кто насмешливо, кто удивленно — смотрели на девушку в платке и
длинном просторном платье. Но она была уверенной и спокойной, ведь
Аллах тоже смотрит на нее и оберегает от зла. Она спросила о нем
у старушки, стоявшей неподалеку от остановки. Старушка заулыбалась
и объяснила, как пройти к его дому. «Он все строится, уже год как
строит дом. А ты — кем же ему будешь, красавица?» «Я его невеста»,
— тихо ответила она, и щеки ее залились краской. Старушка понимающе
улыбнулась, закивала головой: «Ну, иди, иди к нему. Он хороший парень».
Дом действительно еще строился. Стены и крыша уже были готовы,
но внутри еще шла работа. Он увидел ее через окно, и сердце бешено
забилось в груди. «Что я скажу ей?» — думал он, вытирая запачканные
мелом руки. Она тоже увидела его в окне и вошла в дом, переступая
через доски и кирпичи.
«Салям алейкум, — поздоровалась она. — Ты не приехал, и я решила
узнать, что случилось». — «Алейкум салям. Видишь, я не успел построить
дом. Я просто не мог забрать тебя. Но и отказаться от тебя не мог…»
Она все поняла. — «А где ты живешь?» — «Здесь. Одна маленькая
комната уже готова». «Я надеюсь, там хватит места для двоих?», —
спросила она и смутилась: вдруг он неправильно поймет ее. «Неужели
ты согласна выйти за меня и жить здесь, в недостроенном доме? Но
тут нет никаких удобств, я сплю на полу…» — «А в твоей комнате есть
место для молитвы?» — «Да, я молюсь там». — «Этого достаточно. Больше
мне ничего не надо», — тихо сказала она.
Ольга рустамова
 |
|
| | | | | |
|
|
|
