|
Информация к размышлению
Газовая война, как обозвали выяснение отношений между Россией и
Украиной в сфере поставок энергоресурсов, многих в нашей стране
заставила задуматься над тем, что ждет Украину, да и весь мир, в
ближайшей перспективе. Этот вопрос кажется особенно актуальным,
когда за окном трещат тридцатиградусные морозы.
Повышение цен на энергоносители сегодня уже никого не удивляет.
Только за последний год цена на нефть увеличилась вдвое. Цена растет
каждый день. Например, если двадцатого января 2006 года за баррель
нефти платили $60.39, то уже двадцать третьего $60.90. Стоит ли
вспоминать, что средняя цена на нефть за 2004 год составляла $36.05.
Аналогичная тенденция наблюдается и с ценой на газ. Еще в 2002
году ОАО «Газпром» огласило «Основные принципы политики ценообразования
на газ», где говорится буквально следующее: «Предполагается, что
за период 2003 — 2006 гг. цены на газ будут подниматься ежегодно
до 25% (без учета инфляции). Впрочем, говорить о точных цифрах и
параметрах увеличения тарифов можно будет лишь позднее, после того,
как выяснится, до какого уровня поднимутся цены к концу нынешнего
года».
Политические игры вокруг логичного и ожидаемого повышения цен
на углеводородное сырье не являются предметом нашего обозрения,
поскольку только мешают увидеть истинную картину происходящих событий.
Стоит отбросить эту словесную мишуру и просто посмотреть на цифры,
как многое в мировых процессах встает на свои места и становится
понятным и объяснимым.
Итак, стратегии внешней политики стран — ключевых игроков на международной
арене становятся более ясными при сопоставлении всего нескольких
показателей:
а) объемы разведанных запасов нефти и газа;
б) объемы и динамика добычи нефти и газа;
в) объемы потребления нефти и газа.
Сопоставив эти показатели, мы придем к выводу, что, например,
Соединенные Штаты, экономика которых на сегодняшний день является
мощнейшей экономикой в мире, в 2004 году потребляли 9,13 миллиардов
баррелей нефти, из которых сами добывали 2,64 миллиарда, обладая
при этом запасом в 29,4 миллиарда баррелей. Таким образом, через
11 лет, а при росте темпов добычи и еще раньше, США останутся без
собственных месторождений. Они их просто съедят. Уместно будет сказать,
что существующие слухи о накоплении запасов, которое якобы делает
Америка, это не более чем слухи. Дело в том, что в хранилищах технологически
невозможно создать такие запасы. Максимум, что можно «накопить»
таким образом — это резерв на полугодовое потребление.
Россия, в том же 2004 году добыла 3,39 миллиарда баррелей, из
которых 0,94 млрд. переработала сама, при запасах в 72,3 млрд.б.
Эти данные говорят о том, что, хотя Россия и считается страной,
обладающей весомыми запасами нефти, но и она исчерпает свои месторождения
в ближайшие 20 лет. Утешением Российской Федерации может служить,
разве что, тот факт, что экономика этой страны не может сравниться
с американской и потребляет нефти в десять раз меньше Америки.
Теперь мы подходим к самому интересному. Ближний Восток обладает
доказанными запасами нефти в 733,9 миллиарда баррелей, что в 10
раз превосходит запасы России и в 25 раз запасы США. Имея такие
запасы нефти, весь Ближний Восток в 2004 году добыл 8,97 млрд.б.,
при потреблении 1,93 млрд.б. То есть, при существующих темпах добычи
страны этого региона будут эксплуатировать свои месторождения еще
80 лет, и, если ограничатся собственными нуждами и сократят экспорт
— триста лет.
Мировые запасы углеводородов распределены таким образом, что больше
70% из них приходятся на небольшой участок планеты и этот участок
принадлежит арабским странам и Ирану. Глупо было бы предполагать,
что Соединенные Штаты, имея такую энергоемкую экономику не позаботятся
о ее перспективе.
Еще в 1991 году США приняли «Национальную энергетическую стратегию»,
которую обновили в 1998 — м, а в 2000 — м дополнили несколькими
новыми положениями. Основная цель внешней энергетической политики
Соединенных Штатов провозглашается буквально в следующем:
а) повышение энергетической безопасности США;
б) укрепление и развитие глобальной энергетической безопасности
(прежде всего, речь идет о недопустимости перебоев в поставках энергоресурсов
и резких колебаний мировых цен на энергоносители, а также о сохранении
собственных запасов);
в) для достижения основных целей своей внешней энергетической политики
США стремятся диверсифицировать источники импортируемых энергоресурсов,
и обеспечить их надежные поставки.
Другими словами, Соединенные Штаты, согласно принятой ими государственной
программе стремятся контролировать добычу, транспортировку, переработку
и продажу энергоносителей во всем мире, называя это «глобальной
энергетической безопасностью». Эта цепочка начинается с месторождения.
Не трудно догадаться, каким именно образом можно контролировать
процесс, начало которого лежит далеко за пределами американских
границ. Та самая «диверсификация» и лежит в основе агрессивной,
уже не энергетической, а просто внешней политики США.
С точки зрения логики позиция США понятна. Простые вычисления
из трех слагаемых говорят о том, что, либо Америка будет воевать,
либо ее экономика рухнет. Конечно, этот вывод у многих вертится
на языке, но без расчетов это просто слова, а вот цифры и национальная
стратегия свидетельствуют, что это жестокая реальность. Только Иран
и Ирак обладают запасами нефти в 247,5 миллиардов баррелей, и по
своим запасам превосходят собственные запасы США более чем в восемь
раз. А ведь, кроме того, Иран еще обладает запасами газа в 27,5
триллионов кубических метров и уступает по этому показателю только
России.
Стоит сказать, что в энергетической войне у Соединенных Штатов
нет, да и не может быть союзников. У Европы на энергетическом рынке
есть свои интересы, поступаться которыми она не собирается. Возможно,
именно этот фактор до сих пор сдерживает вторжение Америки в Иран.
Европа, прежде всего, рассчитывает на иранский газ. И, что небезынтересно,
Украина тоже не упустит своей части иранского пирога. 24 июля 2005
года председатель правления НАК «Нефтегаз Украины» Алексей Ивченко
провел в Тегеране переговоры с заместителем министра нефти Исламской
Республики Иран Саедом Мухаммадом Хади Нежад Хосейнияном. Предметом
этих переговоров было строительство газопровода Иран — Армения —
Грузия — Черное море — Украина — Европа. Не трудно догадаться, что
строительство такого газопровода противоречит интересам Соединенных
Штатов, которые твердо нацелены на использование силы против Исламской
Республики Иран. И, хотя сегодня они говорят только о своем участии
в проекте транспортировки энергоресурсов из стран Азии в страны
Европы, и даже финансируют подготовку таких проектов, никто не мешает
американцам руководить этим процессом на правах хозяев в случае
вторжения в Иран.
Что такое энергетический контроль и энергетическое давление на
экономику страны украинцам рассказывать не надо. Те же задачи, которые
Соединенные Штаты ставят перед собой в отношении всего мира, ставит
перед собой и Россия в отношении нашей страны. Кто-то добывает нефть,
транспортирует ее, перерабатывает и продает, а кто-то платит за
это из своего кармана. Для России тот, кто платит — это мы. Неважно,
задумываемся мы над этим, когда рассчитываемся за бензин на заправках
«Лукойла» и «ТНК» или нет. Для Америки тот, кто платит — это весь
остальной мир. Такова объективная реальность, ведь каждый день мы
можем наблюдать «военную диверсификацию» источников энергоносителей.
Таковы объективные причины, толкающие США к активным действиям.
Либо Америка сумеет установить контроль над месторождениями энергетического
сырья, либо ее экономику ожидает катастрофа. Демократические свободы,
права человека, территориальные претензии — все это просто слова,
за которыми скрывается исключительный прагматизм, продиктованный
безвыходной ситуацией. И, вместо, например, семи миллиардов фунтов,
которые англичане собираются потратить в новом году на разработки
альтернативных источников энергии, США делают многомиллиардные вливания
в Афганистан. И, отнюдь, не для того, чтобы поднять экономику этой
страны, а только для того, чтобы обеспечить переброску энергетического
сырья из прикаспийского региона в пакистанские порты. Контроль турками
37 процентов территории Кипра остается незамеченным, тогда как аннексия
Ираком территории Кувейта приводит к немедленной реакции.
Либо правительство страны подчиняется интересам США в энергетической
сфере и тогда Америка называет эту страну своим партнером. Как это
было, например, с Кувейтом или Арабскими Эмиратами. Либо не подчиняется
и становится изгоем, врагом демократии и всего человечества, а потом
и врагом в военном противостоянии, как это уже случилось с Ираком,
и очень скоро может произойти с Ираном.
Причины такой политики США объективны, реальны и, как ни цинично
это звучит — неизбежны.
По материалам отчета British Petroleum, 2005 Борис АЛЕКСАНДРОВ
 |
|
| | |
| | |
|
|
|
