|
Учимся исламу
(Продолжение. Начало в № 9,10 - 2001 г.)
Из всех адских изобретений, придуманных дьяволом для разрушения любви, нападки и упрёки являются самыми убийственными. Они действуют безотказно. Как укусы змеи, они всегда уничтожают, убивают. Ревность - признак любви, но может быть проявлена в рамках приличия. А терзать себя беспочвенной ревностью и подозрительностью, следовать необоснованным слухам или выдумывать глупые ситуации не позволительно мусульманке. Кстати, в словаре есть такая академическая формулировка: " Ревность - мучительное сомнение в чьей-то верности и любви". Любопытно: ревность и верность - всего две буквы, а от их перестановки, в отличие от перестановки мест слагаемых, сумма очень даже изменяется.
Уж, коль мы заговорили об отрицательных моментах в семейной практике, то давай упомянем о критике, которая так безболезненно разбивает любящие сердца. Порой, обвинения, замечания и упрёки становятся нашей привычкой, а со временем и отвратительной чертой характера.
Сегодня я хочу упомянуть один рассказ из книги Дейла Карнеги, который называется " Отец забывает". Прочитав его, я пришла к выводу, что мы, к большому сожалению, так поступаем не только по отношению к детям. Почему-то я хочу передать содержание этого рассказа. Я уверена, - ты не останешься равнодушной и вынесешь урок для себя.
"...Несколько минут тому назад, когда я читал газету, на меня вдруг нахлынула волна жгучего раскаяния. И с чувством вины я пришёл к твоей кроватке. Что меня побудило это сделать? Мой дорогой, я проснулся с плохим настроением, сердился на тебя за то, что ты вместо умывания, только провёл полотенцем по лицу; дал нагоняй за нечищеные ботинки; накричал на тебя, когда ты уронил что-то на пол. За завтраком ты пролил чай, клал локти на стол, мазал слишком много масла на хлеб, а я не оставлял тебя в покое. Уходя на работу на твоё прощание, я отрезал: "не сутулься!". После обеда всё началось сначала. Подходя к дому, я заметил дырки на твоих штанах, - ты стоял на коленях и играл в камешки. Я унизил тебя перед твоими товарищами словами, что брюки дорого стоят, и ты деньги не зарабатываешь.
А позже в библиотеке я резко приказал закрыть дверь с той стороны и не мешать. На что ты боязливо одним прыжком бросился ко мне, обнял за шею и поцеловал. Твои ручки сжались с нежностью, переполнявшей твоё маленькое сердечко, нежностью, которую не могла уничтожить даже моя чёрствость. Затем ты убежал вприпрыжку вверх по лестнице. Вскоре после этого я не мог продолжать чтение газеты; она выскользнула из рук, и мне стало жутко стыдно перед тобой. Что сделала со мной моя скверная привычка - всем указывать, упрекать во всём! В твоем характере так много хорошего, тонкого, верного. Твоё сердце так велико, как рассвет над холмами. Это проявилось в том порыве, с которым ты бросился ко мне и поцеловал перед сном. Теперь ничто другое не имеет значения, сын; я пристыженный пришёл к твоей постели и в темноте встал перед тобой на колени. Завтра я буду настоящим отцом: буду дружить с тобой, буду страдать, когда ты страдаешь, и смеяться, когда ты будешь смеяться. Я прикушу язык, если на нём появятся раздражённые слова и придирки. Я тебе обещаю!"
(Продолжение следует)
Сабрин АШУР
 |
|
| | | | | |
|
|
|
