|
Ислам и общество
Прошел еще один календарный год. 2005-й потряс население планеты
небывалой катастрофой в Азии, невиданным количеством ураганов, пронесшихся
над Америкой, землетрясениями в Пакистане и в Индии. Бесчеловечные
акты терроризма потрясли Лондон и добрались до арабской Иордании
и Египта, по Европе прокатилась волна протестов, получивших, благодаря
стараниям СМИ религиозную и этническую окраску. Многое в этом году
напоминало картины Апокалипсиса. Но знаковым в этом году, который
многие назвали годом катастроф и терроризма, было то, что он неуловимо,
практически незаметно открыл новую эпоху в противостоянии цивилизаций.
Буквально несколькими штрихами очертил новую стратегию сил, враждебных
исламу. Определил новые цели и новые средства в их непримиримой
борьбе.
18 марта в Нью-Йорке произошло событие, которое хотя и вызвало
некий резонанс в мире ислама, но, по существу, суть его осталась
незамеченной. Амина Вадуд произнесла пятничную проповедь и возглавила
общую молитву, на которой присутствовали представители обоих полов.
Кого-то этот поступок возмутил, кого-то оставил равнодушным, у кого-то
не вызвал ничего, кроме иронии. Учитывая всю абсурдность этого действа,
можно понять и первых, и вторых, и третьих, ведь, что бы ни говорили
об этой нью-йоркской молитве, в исламе она может восприниматься
только как нововведение, подлежащее обструкции. А раз так, то и
реакция на нее носила характер неких комментариев, но не более того.
Всякому мусульманину было ясно, что для ислама это нонсенс, и возмущение
вызывал скорее не сам факт, а попытка американских СМИ представить
женщину-проповедницу и имама, как нечто само собой разумеющееся.
Несколько позже, теперь уже в Торонто, Аслима Алладдин-Маджид снова
читала проповедь смешанной аудитории и руководила общей молитвой.
Теперь очередь дошла и до таких заявлений: «В исламском вероучении
назревает феминистская революция».
Что стояло за этими акциями «феминизации ислама»? Прежде всего,
попытка показать всему миру, какой именно ислам нужен западной цивилизации.
С каким исламом эта цивилизация готова сотрудничать, а какой для
нее неприемлем. Эти действия, как и все, что делает антиисламская
коалиция, не стечение обстоятельств, не проявление глупости и незнания.
Это твердый расчет. На фоне непрекращающихся войн на территории
исламских государств, на фоне актов терроризма, охвативших весь
мир, Америка и ее союзники лишний раз показывают, каким они хотят
видеть ислам. Возникает вопрос, а не это ли стратегическая цель
врагов ислама?
С чего начиналось противостояние? И что было настоящей его причиной?
А причина, скорее всего вот в чем: есть «американский образ жизни»,
который делает ставку на потребительское отношение ко всему, что
окружает человека. На этом построено американское и европейское
общество. Люди живут только с одной целью — потреблять. Чем больше
человек имеет, тем сильнее ему хочется чего-то еще. Чем больше он
потребляет, тем полнее копилка тех, кому он платит за товар или
услугу. Наступает момент, когда человек уже не в состоянии оплатить
все свои прихоти, и он начинает жить в долг. Постепенно жизнь в
долг становится привычкой, и теперь уже в долг оплачиваются не только
излишества, но и вещи, без которых человеку просто не обойтись.
Он становится зависимым и продолжает платить. Это продолжается до
самой его смерти. Общество в целом уже понимает, что жить так оно
не хочет. Человек не может без конца работать, чтобы оплатить свой
бесконечный долг. Жизнь его превращается в кошмар, но сделать уже
ничего нельзя, ни в масштабах отдельного человека, ни в масштабах
страны, ни в масштабах цивилизации.
Система, которая живет за счет механизма потребления, готова пойти
на все, чтобы такое положение вещей сохранить. Она привыкла уничтожать
любое инакомыслие извне, а внутри, с самого рождения, делает своим
гражданам прививку, объясняя им, что такой образ жизни идеален,
что он единственно-правильный, что только так можно достичь всеобщего
благополучия. Эта машина, как гигантская мельница, перемолола коммунистические
идеи всеобщего равенства, когда увидела в них угрозу своему существованию.
И сегодня возродить эти идеи уже невозможно. Воспринимать их можно
по-разному, но одного у них не отнять, при атеистической вере коммунистов
граждане социалистических стран были куда более нравственными, чем
«верующие» граждане стран капиталистических. Они не принимали и
осуждали потребительское отношение к жизни, а значит, были врагами.
И после победы над коммунизмом вдруг появились люди, для которых
вопрос «потребления» тоже оказался неактуальным, при чем вне зависимости
от времени и места жизни. Вернее даже не появились, поскольку существовали
они и раньше, а попали в круг интересов «западной цивилизации».
Действительно, те, кто снимает сливки с политики потребления, тоже
подвержены ее влиянию. Им тоже хочется большего, а собственное население,
или, как принято говорить — «рынки» уже не способны оплатить их
запросы. Подмяв под себя «территории социализма», рынки увеличились,
но мы ведь знаем, что процесс этот — бесконечный. Они пошли дальше
и вдруг, на пути расширения рынков и подчинения мировых ресурсов
встали мусульмане. Люди, для которых фраза «в гробу карманов нет»
не является просто афоризмом, которые допускают, что человеку достаточно
полоски земли шириной в метр и длиной в два, для того, чтобы помолиться
при жизни и, чтобы тебя было где похоронить, когда ты закончишь
свой земной путь. Люди, которые с удовольствием, на благо себе и
окружающим пользуются благами современного общества, достижениями
научно-технического прогресса и т.п., но не согласны жить только
ради них, подчинить им все свое естество, то есть сделать главной
целью своего существования достижение «благ цивилизации». Этих людей
нельзя купить, поскольку деньги не имеют для них первостепенного
значения. А раз нельзя купить, значит, эти люди представляют угрозу.
Если эти люди опираются на ислам, значит, ислам представляет угрозу.
Неважно как называется их идеология, важно, что она не подчиняется
законам купли-продажи. Цивилизация «потребительского образа жизни»
борется не против, а за. Она не борется против идеи, будь то коммунизм
или анархизм, она не борется против веры, будь то ислам или христианство.
Она борется за деньги. В этом и кроется основная причина противостояния
цивилизаций.
Итак, причины определились. Враг — тоже определился. Осталось
выработать тактику противостояния. Причем изначально понятно, что
уничтожить ислам, как таковой, невозможно, об этом говорит вся многовековая
история существования этой веры от времен ниспослания Корана и до
наших дней. Стало быть, нужно найти способ веру эту видоизменить,
сначала разделив и обозначив как-то каждый ее фрагмент, а потом
приспособив подходящее ответвление под собственный образ жизни.
Излишне говорить о том, что ислам не нуждается в поправках и дополнениях.
Ислам либо признается и принимается как целостная мировоззренческая
система, либо обрастает приставками типа «радикальный ислам», «фундаментальный
ислам», «умеренный ислам», «европейский ислам» и так далее, но при
этом перестает быть собственно «исламом». Изобретение этих поправок
и дополнений было гениальным шагом в противостоянии цивилизаций,
поскольку в какой-то момент это просто разделило целостную исламскую
умму.
Теперь американская система получила возможность во всеуслышание
поддерживать одну ветвь и противостоять другой. И она не замедлила
этим воспользоваться, тут же объявив о борьбе с «радикальным» исламом
и о поддержке ислама «умеренного». Но, ведь ислам, это, и без всяких
приставок, религия умеренности, золотой середины, да только кто
сегодня в Европе и Америке помнит об этом факте. Но не стоит забывать
о том, что и «умеренный», и «радикальный» ислам, являются искусственно
созданными явлениями.
Сегодня уже трудно сказать, с чего начался современный этап большого
противостояния, и какое событие было естественным, а какое спровоцированным.
Может быть, начало положил небезызвестный Салман Рушди, горе-писатель,
книги которого никто не читал, и не читал бы и до сих пор, не приговори
его Айатолла Рухолла Хомейни к смерти за гнусный пасквиль «Сатанинские
стихи». Вопрос не стоит о том, заслуживает ли смерти Салман Рушди,
вопрос стоит об общественном резонансе, который вызвало оглашение
приговора. С одной стороны, этот резонанс сделал блестящую рекламу
писателю, с другой, представил мусульман как людей жаждущих смерти.
Конечно, можно говорить о том, что мусульмане должны стоять на своем,
невзирая на реакцию западной общественности. Но разве мало сегодня
тиражируется книг, еще более оскорбительных и скверных, нежели пресловутая
книга британского писателя. А ведь никто не придает им ни общественного
значения, ни общественного резонанса.
Цепь событий иногда поражает своей последовательностью и направленностью
действий. Мухаммад Омар, который, при ощутимой поддержке США, боролся
с советскими войсками, вступившими в Афганистан, вдруг стал врагом
Америки. Созданное им в 1994 году движение «Талибан», в конце концов,
пришло к власти в этой стране. Говорить, что становление Мухаммада
Омара прошло без участия Америки в высшей степени наивно, хотя ее
влияние и замаскировано под пакистанскую спецслужбу ISI (Inter-Service
Intelligence). Апофеозом политики «повелителя правоверных» явилось
разрушение летом 2001 года памятников доисламской культуры Афганистана
— гигантских статуй Будды в долине Бамиан, причисленных ЮНЕСКО к
культурному достоянию всего человечества. Возможно, они и заслуживали
разрушения, но стоит вспомнить, что эти статуи выстояли в свое время,
когда Афганистан был частью Исламского Халифата, а случилось это
после победы праведного Халифа Омара ибн аль-Хаттаба над войском
Сасанидов еще в 637-м году. С середины седьмого века до начала века
тринадцатого, Афганистан был частью Халифата, и ни один Халиф не
стал разрушать статуи Будды, которые были построены между II и V
веками буддистскими монахами. Надо ли говорить, что, разрушив статуи,
мусульмане предстали перед западным сообществом как вандалы, для
которых памятники мировой цивилизации не представляют никакой ценности.
Вообще, демонизированные фигуры Мухаммада Омара, Усамы бин Ладена,
Басаева призваны, прежде всего, представлять ислам в таком свете,
в каком это нужно Западу, который на каждом шагу заявляет, что ведет
с ними непримиримую борьбу.
Все больше проявляется непричастность мусульман к террористическим
актам, потрясавшим мир в последние годы, и все более очевидной становится
роль секретных служб в организации этих античеловеческих и, одновременно,
антиисламских акций. И эта война не знает границ. При внешнем противостоянии
России и США, они давно уже стали партнерами в этой борьбе. Об этом
красноречиво говорят взрывы в Москве, якобы организованные чеченскими
террористами во имя веры, об этом говорят взрывы лондонской подземки,
устроенные мифической «Аль-Каидой» во имя ислама. И практически
синхронные заявления Путина — 12 декабря и Буша — 13 ноября этого
года, в которых они признаются в любви к исламу. У всех этих акций
только одна цель — используя созданный собственноручно и постоянно
поддерживаемый «радикальный ислам», опорочить ислам в своей основе
и показать благородство своих низменных целей.
Следует признать, что антиисламская машина достигла определенных
успехов. Дошло до того, что на фоне открытой враждебности западного
мира к исламу, все большее число мусульман находит оправдание террористам,
а многие им сочувствуют и поддерживают, называя их действия правильными
и полезными для исламской уммы. Справившись с этой задачей, враги
ислама перешли к следующей стадии борьбы, и в этом отношении 2005
год можно считать годом поворотным. Если «радикальный ислам» призван
представлять ислам враждебный Западу, то «умеренному исламу» отведена
роль партнера западной цивилизации. К «умеренному исламу» можно
проявить понимание и снисхождение, признать за ним право на существование.
Но вот в чем проблема, друг моего врага не может быть мне другом.
А потому, всякий, кто пытается вести диалог с антиисламской коалицией,
сразу встает в ряд врагов для всей мусульманской уммы. А как может
быть иначе, если представительницы «американского ислама» вовсю
читают пятничные проповеди и руководят смешанными общими молитвами.
Но ведь 90% мусульман — это люди, исповедующие по-настоящему, по
природе своей, умеренный ислам. Тот, которому учил своих сподвижников
пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует). И именно
такие мусульмане сегодня являются новой, скрытой, а не явной мишенью
антиисламских сил. В этом и заключается главная особенность уходящего
года. В этом состоит главная опасность нового витка большого противостояния.
Показательно, что год, открывший новый этап противостояния цивилизаций,
закончился смертью режиссера, который снял, пожалуй, самый известный
фильм об исламе, «Ар-Рисаля» — «Послание» Мустафы Аккада. Человек,
который служил исламу, открывал его западному зрителю, знакомил
общество с настоящим, лишенным приставок, исламом, погиб от рук
террористов, взорвавших отель в Иордании. Эта смерть достаточно
символична. Мусульманин, сделавший так много для исламского призыва,
погиб от руки «радикального исламиста». По крайней мере, эта смерть
все расставляет по своим местам. Мустафа Аккад даже своей гибелью
дает нам понять суть происходящих событий.
Дай, Господь Всевышний, мудрости и понимания тем мусульманам, которые
живут ради Аллаха, ради торжества истины, ради благоденствия всей
мусульманской уммы и ради торжества на Земле истинной веры и закона
Творца.
Борис Александров
 |
|
| | | | | |
|
|
|
